Чай и лимон

    Чаще всего чай употребляют с лимоном и реже с другими цитрусовыми (например, в Японии с померанцем, в арабских странах и в Америке с грейпфрутом).     Соединение чая с лимоном в одном блюде - это чисто русское изобретение. Оно оригинально и уникально. Оригинально и приятно по вкусу, уникально - по композиции. Дело в том, что до 80-х годов XIX века никому нигде в мире не приходило в голову соединить чай и лимон в одном кушанье-напитке. Почему? Во-первых, по причинам чисто географического характера, т.е. потому, что лимону с чаем невозможно было встретиться. Там, где лимоны широко известны, где они произрастают и где их выращивают как основную товарную культуру, т.е. в странах Средиземноморья, во влажных субтропиках: Малазийском побережье Турции, в Ливане и Палестине, на Кипре и Крите, в Южной Италии и на Сицилии, на Балкарских островах, на юго-восточном побережье Пиренейского полуострова и во французском Провансе, - во всех этих приморских странах чай не растет. Он был там не только неизвестен всегда, но не употребляется и поныне, ибо это страны традиционного виноделия с широким, повседневным потреблением вина как обычного столового напитка, а также страны "кофейной" зоны, где употребительным послеобеденным или утренним безалкогольным напитком со времен Средневековья служит кофе.
    Во вторых, были и серьезные кулинарные причины, по которым в лимонных странах никто не мог додуматься до лимонно-чайной композиции. Дело в том, что в Средиземноморье лимон испокон веков, т.е. со времен Древнего Рима, рассматривался как приправа к рыбе, к рыбным блюдам, как компонент различных заправок и соусов, усиливавших "пикантность" блюд из дичи и домашней птицы, и, наконец, как подкисляющая добавка к сладким блюдам из некислых фруктов. Тем самым сфера кулинар-пот применения лимона была строго определена и традиционно выдерживалась, Соблюдалась, не допуская даже мысли о каком ТО ином ею применении.
    Вот почему и в XVIII веке, когда на смену народно традиционной кулинарии пришло придворное, "выдуманное" кулинарное искусство, то и тогда в якобы "новых- композициях лимон все равно не выходил из сферы острых рыб ных и мясных приправ, лто превосходно доказывает изо бретенный на Балеарских островах майонез - приправа с лимоном, в равной степени подходящая для холодных, рыбных, мясных и овощных блюд. Иными словами, пытаясь найти более широкое кулинарное применение лимона, его сока - в то же время не могли выйти за пределы сферы его традиционного применения и, даже создавая "новые композиции с лимоном", по сути дела не разрывали с традиционными композициями "острых приправ", оставляя лимон как кулинарный объект в той же "кулинарной обойме", в какой его определили быть еще древние римляне.
    Россия же не знала ни лимона, ни чая, она, ее люди были полностью свободны от пут вековых кулинарных традиций, связанных именно с этими пищевыми объектами. И поскольку и лимон и чай были "восточного" происхождения, как тогда говорили и считали, не очень-то разбираясь в зарубежной географии, то их соединение и объединение в одном "блюде" для русских людей казалось логичным, естественным и вовсе не "шокирующим", а, наоборот, по-русски престижным: и чай у него, и лимон, и сахар - все угодья в нем!
    Конечно, сам первый факт подобной композиции был, разумеется, как и,многое другое в истории кулинарных изобретений, - чистой случайностью. Но то, что эта случайность произошла именно в России, - вполне закономерно, ибо нигде в другом месте она произойти не могла: из Китая, страны традиционного, "чистого", несмешанного чаепития такой "варварский обычай" просто не мог быть никак занесен. В странах же традиционного применения и производства лимонов последние рассматривались как кулинарные объекты, предназначенные и применяемые исключительно для рыбно-мясной сферы.
    Так что заимствовать было неоткуда. Можно было лишь вопреки заимствованию или вопреки иностранщине выкинуть некий чисто русский, "расейский" фортель, эдакое российское самодурство: мол, вот вам!
    И получилось - здорово!
    Кто же мог пойти на подобную выдумку?
    В принципе, возможен лишь один вариант.
    Столичный богатый "экспериментатор", аристократ или купец, обладающий хорошим вкусом, свободно мыслящий, склонный к оригинальности. Он попробовал класть лимон в чай и стал угощать знакомых, а те- своих знакомых. И мода "пошла".
    Такое введение моды сверху - частое и "проверенное" веками направление в распространении обычаев и привычек в России. Причина довольно быстрого распространения этого сочетания в 80-90-х годах XIX века состоит в том, что данное "изобретение" было взято "на вооружение" трактирами и ресторанами, которые и ввели его в "народную культуру".
    Что же происходит при сочетании чая с лимоном (или иными цитрусовыми), если рассматривать это с современной научной точки зрения? Почему это сочетание закрепилось не только как "вкусное", но и "необходимое", "обязательное"?
    Дело втом, что н сочетании с цитрусовыми, естественно, усиливаются питательные, целебные свойства чайного напитка: он лучше восстанавливает утраченные силы, утоляет жажду. Именно поэтому чай пьют ныне по русскому образцу с цитрусовыми преимущественно в жарких странах - Индии, АРЕ, Иране, Турции, во Флориде и Калифорнии (США). Но вкус чая с лимоном изменяется. Он делается "цитрусовым", своеобразным, приятным, но все же становится "не чайным". То же самое происходит и при добавлении в чай других фруктов: аромат чая исчезает. Однако неверно представление, будто бы чай с цитрусовыми и другими фруктами и соками, содержащими кислоты, становится "слабым". Чай лишь светлеет, интенсивность его окраски понижается, иными словами, меняется сю пигментация, его цвет. Но крепость чая не изменяется. Фрукты и соки изменяют лишь цвет и аромат чая, не затрагивая, не понижая, а иногда и усиливая его диетические, питательные и целебные свойства. Но тот, кто желает почувствовать истинный вкус того или иного сорта чая, разумеется, не должен смешивать его ни с чем, в том числе и с лимоном.